Блоги туристов: рассказы и отзывы туристов о путешествиях

Я не знаю, какими словами это описывать. Хороших фотографий тоже почти нет – снималось в основном на ходу из машины, но я постараюсь составить подборку, чтобы хоть чуть-чуть донести впечатление. Когда мы ехали вдоль строящегося DownTown и десятки, сотни высоченных башен проплывали мимо, а потом мы оглянулись и увидели, как эти ряды уходят к горизонту – слов не было. Я пыталась считать строящиеся башни, но после третьего десятка сбилась.
Одновременно они строят целые города. Оазисы в пустыне, башни на песке. Площади, если судить по плану, равные имеющейся площади города без аэропорта – а площадей таких строится... множество. Вот далеко не полный перечень проектов в пределах Дубаи - DownTown («History rising»), Business Bay phase 1 и 2, Burj Dubai, Cultural Village, Global Village, Dubailand, International City, Jumeirah Village, The Lost City, Discovery Gardens, Dubai WaterFront…

Отдельно стоят проекты насыпных «пальмовых островов», впервые в мире применённые в Эмиратах. Первой строилась относительно небольшая The Palm-Jumeirah, сейчас она почти завершена – говорят, там не провели только электричество. Кроме неё строятся The Palm-Deire и The Palm Jebel Ali, а так же проект со скромным названием The World – реконструкция карты мира, собранной из маленьких островков. На «пальмах» строятся «экологические города» с замкнутой независимой инфраструктурой. Виллы, многоквартирные башни, отели. The World распродаётся как отдельные островки, доступ на которые будет осуществляться только морем или по воздуху. В сторону Шарджи проекты менее помпезные, но новые жилые районы застраиваются в расчёте на сотни тысяч квартир.
Всё это требует предельно развитой инфраструктуры, трафик парализует город, но проблему решают так же просто и изящно, как и всё остальное у них – Dubai Metro project. Стоимость проекта 4 миллиарда долларов, протяжённость 70 километров, метро соединит Джебель Али, Бур Дубаи, Дейру и аэропорт (Дубаи делится на множество районов, Deira расположена ближе к заливу, Bur Dubai сейчас ещё в основном строится; кстати, оцените юмор названий – Bur Dubai означает «саранча», а Dubai это «саранчушка»). Часть центральных дорог перекрыта из-за стройки, которая, кажется, ночью идёт даже активнее, чем днём. Из визуальных наблюдений можно сказать, что проект проходит «нулевой цикл» подготовки территории, там роют котлованы и ещё даже непонятно, будет ли метро подземным или пойдёт верхом. Сдача в эксплуатацию намечается уже в 2009 году. Если не будут укладываться в график, просто усилят финансирование. А пока метро ещё нет, ситуацию с пробками решают строительством дополнительных дорог и двенадцатиполосного моста через Creek, открытие которого состоится в первом квартале 2007, то есть уже вот-вот.

Москва у нас считается продвинутым городом, гордится своей архитектурой, сервисом, возможностями. Я давно знакома с большим количеством москвичей, я дважды была в городе, нам постоянно показывают его – в прессе, кино и телевидении.

Так вот, в сравнении с Dubai Москва – это заштатный городишко, мерзкий и грязный, где все гордятся новым супермаркетом на десяти квадратных метрах и свежевыкрашеннм фасадом мэрии (москвичам надо понимать, что сравнение образное; однако термины «грязный и мерзкий» остаются в силе). НИКОГДА Москве не видать таких зданий, таких масштабных проектов и такой неприкрытой роскоши – богатство, которым кичится Москва в сравнении оказывается ничем иным, как посыпанной камнями позолоченной побрякушкой, в которые трепетно влюблены негритянские реперы. И спорить тут, к сожалению, бесполезно.
Становится мучительно стыдно и больно за державу, на полном серьёзе и без всякого пафоса. Мы, которые первыми покорили космос, мучительно пытаемся выжить и свести дебет с кредитом. А арабы, которые ещё в 1975 году сидели посреди пустыни в хижинах из пальмовых листьев и долбили лодки из тех же пальм, за каких-то тридцать лет построили себе персональный рай посреди барханов. И весь мир съезжается, чтобы посмотреть на это чудо.
Бесчисленное множество национальностей со всего мира – вся Азия, добрая часть Европы и наше «ближнее зарубежье». Больше всего индусов и китайцев, это основная рабочая сила. Сами арабы не работают, во всяком случае, в нашем понимании этого слова. Экскурсовод наш долго разорялась на тему того, что, если вам кто скажет, будто арабы не работают – это всё наглая клевета, они работают, они все важные должности занимают!
Естественно, занимают. Есть государственный закон, по которому любой бизнес должен принадлежать арабу – у него должен быть контрольный пакет в 51% акций. Поэтому первое дело бизнесмена в Эмиратах найти себе друга-араба, который будет считаться владельцем бизнеса, подписывать бумаги и получать от бизнесмена за это деньги. Они это называют «спонсорство», а таких арабов – либо спонсоры, либо локалы (locals). Компаний, избежавших такого «спонсорства» очень мало, они получили статус национальных и их можно пересчитать по пальцам одной руки. В числе этих компаний наша «Tigarbo», о ней я ещё упомяну ниже. Во всех спонсорских сидят арабы и ничего не делают, работают за них азиаты и европейцы. Все эмираты спроектированы и построены европейцами и азиатами, арабы только платили за стройку своего рая.

Однако, араб всегда найдёт работу, даже если и не спонсором – начиная с какого-то размера штата компания обязана набирать арабов в персонал. Если у руководителя будет выбор между квалифицированным работником не арабом и менее квалифицированным, но арабом, он возьмёт араба и будет ему платить значительно больше, чем не арабу. Так же руководство при найме работника обязано обеспечить его жильём и питанием. Рабочий может получать 200 долларов (что копейки), но он получит их «на руки», за вычетом еды и оплаты квартиры.

Когда идёшь по улице, можешь услышать десяток разных языков одновременно. Арабские языки являются диалектами одного и того же, так что они там друг друга вполне нормально понимают. А для всех остальных стандартным является английский язык. Причём он фактически является вторым государственным. ВСЕ надписи дублируются на двух языках – арабский и инглиш, абсолютно все. Названия дорог, зданий, магазинов, ресторанов, продуктов, надписи на дорожных щитах – а на дорогах у них указания расписаны словами, в связи с тем, что в различных странах разные системы знаков – вообще всё.
Почти все говорят по-английски, хотя бы на уровне разговорного. Я наблюдала картину, когда молодая арабская женщина отчитывала на английском ребёнка 2-3 лет – для следующего поколения этот язык будет уже родным. Они получат европейское образование и станут ходить в музей, чтобы посмотреть на хижину из пальмовых листьев, в которых, вполне может статься, провели детство их родители.

Кстати, народный арабский отдых – выезд «на природу» (то есть в пустыню) на выходные, когда они грузят в джип складной шатёр, ставят его на какую-нибудь дюну и огораживаются забором, чтоб верблюды не заходили. Некоторые продолжают жить, как мне сказали, «как жили их предки». Под этим понимается опять-таки шатёр посреди пустыни, возле которого стоит джип, а в песок втыкнута спутниковая тарелка.

Первый день мы проводим, плутая по центру, подбирая с земли челюсть и пытаясь понять хоть что-нибудь. Потом, изнурённые непривычным зноем (в какой-то день было больше +30 в тени, зима, понимаете ли!) мы выбрели ко внутреннему заливчику, Dubai Creek. Вдоль него расположены пристани, где до ночи толкутся «арабские лодки» dhow (плавучие рестораны, вечерний круиз на которых входит в программу любого тур-оператора) и проходит Baniyas Road, утыканная офисными башнями. Там располагается небольшой торговый центр, почему-то не учтённый ни картами, ни руководствами для туристов – башни-близнецы Twin Towers.

Здание с шаром на одной из фотографий – офисы провайдера телефонной и Интернет связи. Кстати, Интернет-кафе у них чуть ли не на каждом углу. Я быстро зажалела оставленный в Ростове ноутбук. Впрочем, как вы понимаете, интересно было и без него.
К вечеру вышли вдоль залива почти к самому Shundagha Tunnel, который связывает два берега и находится возле Gold Souk, золотого базара. Есть ещё два моста для машин, а люди переправляются на маленьких юрких лодках, переправа стоит 10 дирхемов с человека. На такси приехали в гостиницу, пошли искать кормокухню насчёт поужинать, умудрились потеряться в одном с гостиницей квартале и еле-еле выбрались обратно.
Тем временем, кругом творились несусветные безобразия. Как выяснилось позже, мы прилетели как раз к футбольному матчу, в котором Эмираты боролись за Кубок Залива и то ли уже взяли его, то ли вышли в финал.
И тут я поняла, почему у них сухой закон.

Они три дня праздновали выигрыш своей команды. По улицам ездили машины, раскрашенные во всякую ерунду – от сердечек и надписей «я люблю Эмираты» до полной покраски «под флаг», причём не покрашенными оставлены крохотные квадраты на переднем и боковом стекле, чтобы водителю было хоть что-то видно. Менее радикальные методы – прицепленные флажки (до 6 штук) либо большие флаги Эмиратов, прикреплённые на крыше, капоте или багажнике. У некоторых флагами закрыта половина стёкол, включая заднее стекло. Их никто и не думает штрафовать – они проявляют патриотичность и любовь к родной стране.
И вот, все эти украшенные и завешанные машины нарезают круги по центральным улицам и переулкам, из каждой машины – из окна или из люка на крыше – высовывается трезвый до безобразия фанат и с криком принимается размахивать флагом или выпускать конфетти из хлопушек. На балконы высыпают толпы женщин (напротив наших окон сразу шесть или восемь штук вылезло) и принимаются громко и нечленораздельно орать «а-ла-ла-ла-ла!!!» при виде каждого такого фаната.

Всё это длилось с утра и до утра трое суток.
У них, повторяю, сухой закон. Можно представить, что они вытворяли бы пьяные.